В душе ее лед.
Она никогда не бывает одна.
Она никому ничего не должна.
Она никого не будет искать.
Она не умеет любить и прощать.
Она не мечтает, не любит, не ждет.
Она тихо курит. В душе ее лед.
Она на вопросы не ищет ответ.
Она умирает, ее почти нет.
Но что-то тревожит порою в тиши
Осколки ее недобитой души,
Она помнит образ, холодный, как лед,
Он колет ей мозг и уснуть не дает.
По венам тихонько бежит кофеин,
И снова она среди каменных льдин,
И хочется крикнуть, но голоса нет;
Образ любимый растает… Рассвет.
Она будет утром, какою была,
Холодной, надменной, сгоревшей дотла,
Циничной и злой, знавшей, что значит боль,
На раны других сыпля мелкую соль.
Но ночью придет светлый образ во сне,
Она лишь одна знает, что это с ней,
Что будит в ночи, что волнует ей кровь:
Она иногда вспоминает любовь.

Она никому ничего не должна.
Она никого не будет искать.
Она не умеет любить и прощать.
Она не мечтает, не любит, не ждет.
Она тихо курит. В душе ее лед.
Она на вопросы не ищет ответ.
Она умирает, ее почти нет.
Но что-то тревожит порою в тиши
Осколки ее недобитой души,
Она помнит образ, холодный, как лед,
Он колет ей мозг и уснуть не дает.
По венам тихонько бежит кофеин,
И снова она среди каменных льдин,
И хочется крикнуть, но голоса нет;
Образ любимый растает… Рассвет.
Она будет утром, какою была,
Холодной, надменной, сгоревшей дотла,
Циничной и злой, знавшей, что значит боль,
На раны других сыпля мелкую соль.
Но ночью придет светлый образ во сне,
Она лишь одна знает, что это с ней,
Что будит в ночи, что волнует ей кровь:
Она иногда вспоминает любовь.

Вот за окном спустился вечер
И потянуло холодком —
Нам дела нет. Зажгите свечи,
Коснитесь клавишей легко.
Достаньте нот забытых кипу,
Раскройте старую тетрадь,
Сыграйте мне Шопена тихо,
Пусть будет музыка звучать.
Я в кресло заберусь с ногами,
Чуть-чуть дыханье затаю
И буду слушать, как над нами
Кружит божественный прелюд.
Заботы все уйдут неслышно
Дню догоревшему вослед,
А нас мелодия всё выше
Уносит от земных сует.
И приподнимется над тайной
Ночная темная вуаль —
Вдруг близкой и понятной станет
Чужая, польская печаль.
И мы почувствуем, как прочно
Возьмут нас в свой недолгий плен
Мерцанье свеч, дыханье ночи
И чудо — музыка, Шопен...
И потянуло холодком —
Нам дела нет. Зажгите свечи,
Коснитесь клавишей легко.
Достаньте нот забытых кипу,
Раскройте старую тетрадь,
Сыграйте мне Шопена тихо,
Пусть будет музыка звучать.
Я в кресло заберусь с ногами,
Чуть-чуть дыханье затаю
И буду слушать, как над нами
Кружит божественный прелюд.
Заботы все уйдут неслышно
Дню догоревшему вослед,
А нас мелодия всё выше
Уносит от земных сует.
И приподнимется над тайной
Ночная темная вуаль —
Вдруг близкой и понятной станет
Чужая, польская печаль.
И мы почувствуем, как прочно
Возьмут нас в свой недолгий плен
Мерцанье свеч, дыханье ночи
И чудо — музыка, Шопен...
Незнакомка
Питер Питер
Я сидел у окна,
Допивая коктейль,
Ресторан был прокурен и пьян,
А за окнами холодно - выла метель,
И мороз танцевал, как шаман.
Музыкантам хмельным
Было все нипочем,
Саксофон пел пленительный блюз-
Уплывал в синеву чей-то жизни паром,
Прошлых лет недоставленный груз.
Вдруг весь мир засверкал,
Я увидел ЕЕ,
Словно утренний легкий прибой-
В облаках невесомости звездный полет,
Бесконечность смешалась с мечтой.
Глаз не мог оторвать,
В полудреме-плену
Нежный профиль ее рисовал-
Вспоминал я ушедшую рано весну,
Нерастраченных чувств карнавал.
Незнакомка была
Сладким сном для меня,
Воплощеньем несбывшихся грез-
Нерассказанной сказкой в пучине огня,
Ароматом волнующих роз.
Для нее заказал
Я шампанское брют,
Она взглядом меня обожгла-
Прошептала тихонько: “Тебя ведь побьют”,
Несвободною птичка была…
Ее глаз восхищенных
Горячий поток,
Сладких губ распустившийся май-
Незаметно черкнув на листке номерок,
Уронила его невзначай.
А избранник ее
Всполошился, как лев,
Не на шутку ее ревновал,
Не хотел создавать я ненужных проблем,
И покинул танцующий зал.
В полумраке такси
Я мобильник открыл,
Бросил номер в волшебный ларец-
И представив ее, не спеша закурил,
Сердце билось как в клетке птенец…
Питер Питер
Я сидел у окна,
Допивая коктейль,
Ресторан был прокурен и пьян,
А за окнами холодно - выла метель,
И мороз танцевал, как шаман.
Музыкантам хмельным
Было все нипочем,
Саксофон пел пленительный блюз-
Уплывал в синеву чей-то жизни паром,
Прошлых лет недоставленный груз.
Вдруг весь мир засверкал,
Я увидел ЕЕ,
Словно утренний легкий прибой-
В облаках невесомости звездный полет,
Бесконечность смешалась с мечтой.
Глаз не мог оторвать,
В полудреме-плену
Нежный профиль ее рисовал-
Вспоминал я ушедшую рано весну,
Нерастраченных чувств карнавал.
Незнакомка была
Сладким сном для меня,
Воплощеньем несбывшихся грез-
Нерассказанной сказкой в пучине огня,
Ароматом волнующих роз.
Для нее заказал
Я шампанское брют,
Она взглядом меня обожгла-
Прошептала тихонько: “Тебя ведь побьют”,
Несвободною птичка была…
Ее глаз восхищенных
Горячий поток,
Сладких губ распустившийся май-
Незаметно черкнув на листке номерок,
Уронила его невзначай.
А избранник ее
Всполошился, как лев,
Не на шутку ее ревновал,
Не хотел создавать я ненужных проблем,
И покинул танцующий зал.
В полумраке такси
Я мобильник открыл,
Бросил номер в волшебный ларец-
И представив ее, не спеша закурил,
Сердце билось как в клетке птенец…
Душа и Любовь
На задворки Души заглянула однажды Любовь.
Бушевала пурга и ревела безумная вьюга.
Постучала Любовь, попросила приюта на ночь-
На крыльце ледяном умирала она от недуга.
А Душа на подушках высоких валялась в тепле.
Ей не страшно, что вьюга за окнами рвет и бушует…
Приказала прогнать незнакомку с крыльца поскорей,
Ведь не знала Душа, что Любовь на земле существует.
Никогда не болела душа у Души за других,
Лишь себя ненаглядную лаской своей согревала.
Но за окнами вдруг вой и ветер внезапно утих…
Стало слышно, как песню Любовь на крыльце напевала.
В этой песне негромкой такая звучала мечта,
И была в ней надежды и счастья великая сила,
Что Душа от волнения руки сложила у рта
И призналась Любви, что она никогда не любила…
Провела она в дом от мороза седую Любовь,
Напоила ее и досЫта ее накормила.
А потом подняла свою тонкую черную бровь
И негромким и ласковым голосом нежно спросила:
«Как же так, я не знала любви никогда,
Я была словно птица, закрытая дверцей?
Расскажи мне, зачем же жила я тогда,
Никого не любя, никому не даря свое сердце?
Подари мне на память свое золотое кольцо.
Пусть разлуки и беды порой на пути моем встанут,
никогда я твое не забуду лицо
и отныне тебя прогонять никогда я не стану.»
И кольцо ей на палец надела святая Любовь.
Поклонилась слегка и ушла неизвестной дорогой.
Если вы повстречаете где-то ее,
Попросите ее, чтобы с вами осталась надолго.
Татьяна Николаева
Бушевала пурга и ревела безумная вьюга.
Постучала Любовь, попросила приюта на ночь-
На крыльце ледяном умирала она от недуга.
А Душа на подушках высоких валялась в тепле.
Ей не страшно, что вьюга за окнами рвет и бушует…
Приказала прогнать незнакомку с крыльца поскорей,
Ведь не знала Душа, что Любовь на земле существует.
Никогда не болела душа у Души за других,
Лишь себя ненаглядную лаской своей согревала.
Но за окнами вдруг вой и ветер внезапно утих…
Стало слышно, как песню Любовь на крыльце напевала.
В этой песне негромкой такая звучала мечта,
И была в ней надежды и счастья великая сила,
Что Душа от волнения руки сложила у рта
И призналась Любви, что она никогда не любила…
Провела она в дом от мороза седую Любовь,
Напоила ее и досЫта ее накормила.
А потом подняла свою тонкую черную бровь
И негромким и ласковым голосом нежно спросила:
«Как же так, я не знала любви никогда,
Я была словно птица, закрытая дверцей?
Расскажи мне, зачем же жила я тогда,
Никого не любя, никому не даря свое сердце?
Подари мне на память свое золотое кольцо.
Пусть разлуки и беды порой на пути моем встанут,
никогда я твое не забуду лицо
и отныне тебя прогонять никогда я не стану.»
И кольцо ей на палец надела святая Любовь.
Поклонилась слегка и ушла неизвестной дорогой.
Если вы повстречаете где-то ее,
Попросите ее, чтобы с вами осталась надолго.
Татьяна Николаева
Не вместе...
[:-}
Вознагради меня любовью, –
шептало сердце грустно-грустно.
А небо, вздернувшее бровью,
вело игру свою искусно.
Любви мне дай, – душа просила,
и наклонясь к самой земле,
искала для надежды силы,
возможно, в пепле и золе.
Глаза искали – где ты, где ты? –
в толпу врываясь. Но пустыней
была та улица одета.
Или туманом. Или инеем.
И только память отрешенно
тебе протягивала руку.
Того, что было оглушенно
и что потом рождало скуку,
просить у неба не велела.
Сказала – бесполезно ждать.
И как же, бедная, робела,
боясь судьбы не угадать!
шептало сердце грустно-грустно.
А небо, вздернувшее бровью,
вело игру свою искусно.
Любви мне дай, – душа просила,
и наклонясь к самой земле,
искала для надежды силы,
возможно, в пепле и золе.
Глаза искали – где ты, где ты? –
в толпу врываясь. Но пустыней
была та улица одета.
Или туманом. Или инеем.
И только память отрешенно
тебе протягивала руку.
Того, что было оглушенно
и что потом рождало скуку,
просить у неба не велела.
Сказала – бесполезно ждать.
И как же, бедная, робела,
боясь судьбы не угадать!
Мне в ладошку Счастье звёздочкой упало!...
Может потому, что я о нём мечтала?...
Тёплое, лучистое, нежное такое...
Самое заветное..., сердцу дорогое...
Захотелось Счастьем с кем-то поделиться.
А оно ладошку греет и искрится...
Только лишь по капельке стоит дать кому-то -
Станет Счастья больше у самой... Вот чудо!!!
Всем, кто ждёт и верит, и мечтать умеет,
Я раздам по капле - пусть и вас согреет!
Только не бросайте, только берегите!
Сердцем согревайте и другим дарите
Может потому, что я о нём мечтала?...
Тёплое, лучистое, нежное такое...
Самое заветное..., сердцу дорогое...
Захотелось Счастьем с кем-то поделиться.
А оно ладошку греет и искрится...
Только лишь по капельке стоит дать кому-то -
Станет Счастья больше у самой... Вот чудо!!!
Всем, кто ждёт и верит, и мечтать умеет,
Я раздам по капле - пусть и вас согреет!
Только не бросайте, только берегите!
Сердцем согревайте и другим дарите
Полыхает рябина костром,
Снова гроздья в багряном наряде
Кружит осень последним листом
В загулявшем в ветрах листопаде.
Снова небо рыдает навзрыд,
Настоялись на грусти рубины,
А любовь моя в сердце горчит
Терпким привкусом красной рябины.
Разошлись с тобой наши пути
Словно клин журавлей в небосводе,
Вновь покоя душе не найти,
Вольной птицей любовь на свободе.
Снова нитью осенних дождей
Осень нижет печаль в ожерелье,
Вновь хрустальная грусть тополей
Отшумит серебристой капелью,
Снова птиц улетающих клин,
Птичьим криком мне сердце пронзает,
И багряные гроздья рябин,
Словно память любовью пылают.
Сизым маревом плещет рассвет,
Всё длинней и прохладнее ночи,
Пишет осень прощальный сюжет,
Но с любовью расстаться не хочет.
Снова гроздья в багряном наряде
Кружит осень последним листом
В загулявшем в ветрах листопаде.
Снова небо рыдает навзрыд,
Настоялись на грусти рубины,
А любовь моя в сердце горчит
Терпким привкусом красной рябины.
Разошлись с тобой наши пути
Словно клин журавлей в небосводе,
Вновь покоя душе не найти,
Вольной птицей любовь на свободе.
Снова нитью осенних дождей
Осень нижет печаль в ожерелье,
Вновь хрустальная грусть тополей
Отшумит серебристой капелью,
Снова птиц улетающих клин,
Птичьим криком мне сердце пронзает,
И багряные гроздья рябин,
Словно память любовью пылают.
Сизым маревом плещет рассвет,
Всё длинней и прохладнее ночи,
Пишет осень прощальный сюжет,
Но с любовью расстаться не хочет.
5...97...3639...
Сегодня моему дневнику на Лаве пять лет...Пятилетка в сети...Отметить что ли? :)
97 постов...маленькие заметки на память,несколько собственных мыслей,кусочек переживаний,отражение некоторых событий,парочка шуток,десяток слов друзьям...3639 комментариев...в них тоже я.Пусть не всегда умная и интересная,но именно здесь стараюсь оставаться собой.
Друзей не много,но каждый мне дорог,чесслово ))) Этот дневник изменил реальность,впустив в мою жизнь хороших людей,калейдоскоп встреч и событий,а самое главное - чувств.А еще...теперь я знаю,какая я на самом деле,кто я и какой могу и должна быть.Как-то так...ВотЬ )))
97 постов...маленькие заметки на память,несколько собственных мыслей,кусочек переживаний,отражение некоторых событий,парочка шуток,десяток слов друзьям...3639 комментариев...в них тоже я.Пусть не всегда умная и интересная,но именно здесь стараюсь оставаться собой.
Друзей не много,но каждый мне дорог,чесслово ))) Этот дневник изменил реальность,впустив в мою жизнь хороших людей,калейдоскоп встреч и событий,а самое главное - чувств.А еще...теперь я знаю,какая я на самом деле,кто я и какой могу и должна быть.Как-то так...ВотЬ )))
Я – Женщина, с которой
тяжело,
Но без которой во сто крат
сложнее...
Таящая в себе добро и зло
В роду которой кошки, львы
и змеи...
Я – женщина, умеющая
ждать,
И ненавидящая люто
ожиданье...
Дающая тебе мужскую
стать,
Награда я! И я же –
наказание!
Я – Женщина. Похожих в
мире нет...
Я- женщина, с которой
лестно рядом...
Я – Женщина, хранящая
секрет,
Как покорять мужчину
с полувзгляда...
Умеющая строить и ломать,
Смеяться искренне, и лживо
слёзы прятать...
Которую порою не понять,
Но постигать которую
приятно...
тяжело,
Но без которой во сто крат
сложнее...
Таящая в себе добро и зло
В роду которой кошки, львы
и змеи...
Я – женщина, умеющая
ждать,
И ненавидящая люто
ожиданье...
Дающая тебе мужскую
стать,
Награда я! И я же –
наказание!
Я – Женщина. Похожих в
мире нет...
Я- женщина, с которой
лестно рядом...
Я – Женщина, хранящая
секрет,
Как покорять мужчину
с полувзгляда...
Умеющая строить и ломать,
Смеяться искренне, и лживо
слёзы прятать...
Которую порою не понять,
Но постигать которую
приятно...
Живи! Пока тебе живётся!
Устал? Возьми и отдышись!
Упал? Держись за руку друга!
А если друга нет... Молись!
Попросят? Ты отдай, не думай.
Не оценили? Не сердись.
Закрыли дверь? Не возвращайся...
Хотят учить тебя? Учись!
Спешат предать? Не поддавайся!
А предали? Прощеньем мсти!
Открыли душу? Открывайся...
Но всё до капли не дари!
Когда-нибудь тебе придётся,
Вернуться к этим всем словам.
Живи! Пока тебе живётся!
А Бог всё видит здесь и там..
Устал? Возьми и отдышись!
Упал? Держись за руку друга!
А если друга нет... Молись!
Попросят? Ты отдай, не думай.
Не оценили? Не сердись.
Закрыли дверь? Не возвращайся...
Хотят учить тебя? Учись!
Спешат предать? Не поддавайся!
А предали? Прощеньем мсти!
Открыли душу? Открывайся...
Но всё до капли не дари!
Когда-нибудь тебе придётся,
Вернуться к этим всем словам.
Живи! Пока тебе живётся!
А Бог всё видит здесь и там..
Я внимала шёпоту листвы,
Что, кружась, шуршала под ногами,
Мне сказал он, что уходишь ты,
Больше нет любви, что между нами.
Я внимала капелькам дождя,
Что стучали по карнизу дома.
Жить сказали нужно без тебя,
Что должна найти себе другого.
Мне осенний ветер напевал
Песенку, что б сердцу стало легче.
Глупенький, как будто он не знал,
У кого осталось моё сердце.
Лужи отражали небеса,
Говоря, что эта жизнь прекрасна.
К небу поднимала я глаза –
Без тебя, увы, оно ужасно.
На ладони падал первый снег,
Он просил мне заморозить душу.
Я ему ответила, что «нет»,
Без неё, увы, не станет лучше.
Завывала во дворе метель,
На окошке сказки рисовала.
Может, я поверила бы ей,
Жаль, что верить в сказки перестала.
Вьюга заметала все следы,
Что б забыть тебя и не добраться.
Почему же мы с тобой смогли
В этом мире глупо потеряться?
Что, кружась, шуршала под ногами,
Мне сказал он, что уходишь ты,
Больше нет любви, что между нами.
Я внимала капелькам дождя,
Что стучали по карнизу дома.
Жить сказали нужно без тебя,
Что должна найти себе другого.
Мне осенний ветер напевал
Песенку, что б сердцу стало легче.
Глупенький, как будто он не знал,
У кого осталось моё сердце.
Лужи отражали небеса,
Говоря, что эта жизнь прекрасна.
К небу поднимала я глаза –
Без тебя, увы, оно ужасно.
На ладони падал первый снег,
Он просил мне заморозить душу.
Я ему ответила, что «нет»,
Без неё, увы, не станет лучше.
Завывала во дворе метель,
На окошке сказки рисовала.
Может, я поверила бы ей,
Жаль, что верить в сказки перестала.
Вьюга заметала все следы,
Что б забыть тебя и не добраться.
Почему же мы с тобой смогли
В этом мире глупо потеряться?
Жизнь
Тёплый весенний ветер и тёплые лучи, солнца, пробивающиеся сквозь белые перистые облака. Белые мелкие цветочки, запах свежей травы и бабочки, цвета нежной зелёной листвы. Тонкая пряжа тянется к веретену, неспешно скручивается тонкими пальцами в серебристую нить. Солнце в пряже, солнце скользит по белой руке. В свете окна видится силуэт. Кто она: пожилая женщина или молодая девушка? Чувствуется только взгляд. Будто жизнь смотрит на нас. Взгляд её не пристален, нет в нём тени улыбки, как и грусти. Но мы точно знаем: ей одной ведома истина...
Об искренности
Ввиду того, что все больше говорят, что хотят её, чем на самом деле ценят, считаю правильным тщательно её маскировать:)
Желтое солнце застыло в горячем паркуре -
Хмурый художник мазками рисует закат.
В этом закате мой Ангел задумчиво курит.
Надо завязывать, только не бросит никак.
Волей судьбы мы безжалостно-близкие люди.
Волей небес мы, бунтуя, творим беспредел.
Ты меня так же, как прежде, болезненно любишь,
Зная, что я уже жизнь, как к тебе охладел.
Ходишь за мной по пятам, обнимаешь, как душишь.
Этот Стокгольмский синдром пожирает, растет.
Я тебе нужен. Зачем-то отчаянно нужен.
Ставлю диагноз – «негласно виновен во всем».
Я принимаю тебя как привычную данность,
Как одного из безликой безмастной толпы.
Как же иначе? Ведь кем для тебя тогда стану,
Если умерю свой гордый безжалостный пыл?
Я насыщаюсь тобой, если чувствую жажду.
Но отчего я порой повторяю во сне?
«Как я смогу отпустить тебя, если однажды…
Если однажды ты вдруг охладеешь ко мне?»
Хмурый художник мазками рисует закат.
В этом закате мой Ангел задумчиво курит.
Надо завязывать, только не бросит никак.
Волей судьбы мы безжалостно-близкие люди.
Волей небес мы, бунтуя, творим беспредел.
Ты меня так же, как прежде, болезненно любишь,
Зная, что я уже жизнь, как к тебе охладел.
Ходишь за мной по пятам, обнимаешь, как душишь.
Этот Стокгольмский синдром пожирает, растет.
Я тебе нужен. Зачем-то отчаянно нужен.
Ставлю диагноз – «негласно виновен во всем».
Я принимаю тебя как привычную данность,
Как одного из безликой безмастной толпы.
Как же иначе? Ведь кем для тебя тогда стану,
Если умерю свой гордый безжалостный пыл?
Я насыщаюсь тобой, если чувствую жажду.
Но отчего я порой повторяю во сне?
«Как я смогу отпустить тебя, если однажды…
Если однажды ты вдруг охладеешь ко мне?»
Всегда найдется женская рука,
Чтобы она, прохладна и легка, жалея и немножечко любя,
Как брата, успокоила тебя...
Всегда найдется женское плечо,чтобы в него дышал ты горячо,
Припав к нему беспутной головой, ему доверив
сон мятежный свой.
Всегда найдутся женские глаза,чтобы они, всю боль твою глуша,
А если и не всю, то часть ее, увидели страдание твое.
Но есть такая женская рука, которая особенно сладка,
Когда она измученного лба касается, как вечность и судьба.
Но есть такое женское плечо, которое неведомо за что
Не на ночь, а навек тебе дано ,и это понял ты давным-давно.
Но есть такие женские глаза, которые глядят всегда грустя...
И это до последних твоих дней...
глаза любви и совести твоей.
Чтобы она, прохладна и легка, жалея и немножечко любя,
Как брата, успокоила тебя...
Всегда найдется женское плечо,чтобы в него дышал ты горячо,
Припав к нему беспутной головой, ему доверив
сон мятежный свой.
Всегда найдутся женские глаза,чтобы они, всю боль твою глуша,
А если и не всю, то часть ее, увидели страдание твое.
Но есть такая женская рука, которая особенно сладка,
Когда она измученного лба касается, как вечность и судьба.
Но есть такое женское плечо, которое неведомо за что
Не на ночь, а навек тебе дано ,и это понял ты давным-давно.
Но есть такие женские глаза, которые глядят всегда грустя...
И это до последних твоих дней...
глаза любви и совести твоей.
Да, жизнь не сказка, жизнь – наука
В которой учишься всему
В которой радость, слёзы, мука,
И сотни тысяч – почему?!
Жизнь то идёт спокойно, гладко
То бьет с огромной силой нас
И не всегда бывает в жизни сладко
И по щеке течёт слеза – алмаз.
Но на Земле живёт ещё надежда,
Что всё хорошее вернётся вновь,
И замолчит глупец, завистник и невежда
И будет вечно на Земле любовь
В которой учишься всему
В которой радость, слёзы, мука,
И сотни тысяч – почему?!
Жизнь то идёт спокойно, гладко
То бьет с огромной силой нас
И не всегда бывает в жизни сладко
И по щеке течёт слеза – алмаз.
Но на Земле живёт ещё надежда,
Что всё хорошее вернётся вновь,
И замолчит глупец, завистник и невежда
И будет вечно на Земле любовь
Нескалько слов...
Можно полюбить душу,не зная тела...а потом сходить с ума,прикасаясь к телу любимой души!©
Красота тел может привлечь,но лишь красота души может удержать!©
Ищи,найди,не потеряй,люби,прощай,но не стродай,живи для тех идля кого,в чьём сердце имя лишь твоё!!!©
*HEART* *OK*
Красота тел может привлечь,но лишь красота души может удержать!©
Ищи,найди,не потеряй,люби,прощай,но не стродай,живи для тех идля кого,в чьём сердце имя лишь твоё!!!©
*HEART* *OK*
Остерегайся раны наносить
Душе, которая тебя хранит и любит.
Она намного тяжелей болит.
И, все простив, поймет и не осудит.
Всю боль и горечь от тебя забрав,
Безропотно останется в терзаньях.
Ты не услышишь дерзости в словах.
Ты не увидишь злой слезы сверканья.
Остерегайся раны наносить
Тому, кто грубой силой не ответит.
И кто не может шрамы залечить.
Кто твой удар любой покорно встретит.
Остерегайся сам жестоких ран,
Которые твоей душе наносит
Тот, кто тобой храним как талисман,
Но кто тебя в своей душе не носит.
Мы так жестоки к тем, кто уязвим.
Беспомощны для тех, кого мы любим.
Следы от ран бесчисленных храним,
Которые простим… но не забудем!!!
(Омар Хайям)
Душе, которая тебя хранит и любит.
Она намного тяжелей болит.
И, все простив, поймет и не осудит.
Всю боль и горечь от тебя забрав,
Безропотно останется в терзаньях.
Ты не услышишь дерзости в словах.
Ты не увидишь злой слезы сверканья.
Остерегайся раны наносить
Тому, кто грубой силой не ответит.
И кто не может шрамы залечить.
Кто твой удар любой покорно встретит.
Остерегайся сам жестоких ран,
Которые твоей душе наносит
Тот, кто тобой храним как талисман,
Но кто тебя в своей душе не носит.
Мы так жестоки к тем, кто уязвим.
Беспомощны для тех, кого мы любим.
Следы от ран бесчисленных храним,
Которые простим… но не забудем!!!
(Омар Хайям)


